Жизнь лошадки в бамбуковой роще
Когда Война Архонтов закончилась, смертная сущность Цзы Бай — её человеческая душа по имени Цзы Цяо — решила уйти от людей и жить в уединении в бамбуковой роще.
Такое решение было связано вот с чем.
Во-первых, после всех испытаний она сильно ослабла. Во-вторых, она была опасна для окружающих: проклятие Астарот, наложенное на смертные сущности, дурно влияло на тех, кто долго находился с ней рядом.
И всё же путники и травники нередко терялись в тех местах, и тогда Цзы Цяо приходила им на помощь. Она рассказывала истории о прошлом — чтобы развеять их страх и собственное одиночество.
Известно несколько таких случаев. Например, о девочке-собирательнице трав, которая сорвалась со скалы и была спасена Цзы Цяо.
Лошадка не только спасла её, но и наполнила корзину целебными травами. Девочка рассказала об этом матери, затем своим детям, а позже — внукам. Так история сохранилась до наших дней: семья Лу, владеющая таверной «Жеребец», считается потомками той самой девочки. Они молятся белой лошади и чтят её.
В другой раз Цзы Цяо помогла заблудившемуся мальчику — она рассказала ему историю и вывела из леса.
Возрождение Цзы Бай
После того как настоящая Морозная Луна была возвращена внутрь границы мира, существование проекции потеряло смысл, и она — то есть тюрьма Цзы Бай — начала саморазрушаться. Вместе с ней могла окончательно погибнуть и заключённая внутри небесная душа Цзы Бай. Достать её было невозможно: единственный выход — сначала найти две остальные части души и соединить их с небесной.
Как раз тогда археологическая группа посетила Разлом и обнаружила реликвии эпохи Лан-Гань, одной из которых была бронзовая колесница, в которой спала земная душа Цзы Бай, красноглазая смертная сущность.
Она пробудилась и начала бродить по миру, терзаемая воспоминаниями о прошлом, от которых не могла убежать. Она сожалела и винила себя за то, что спасла недостаточно людей. Однако Путешественник помог ей осознать: она сделала достаточно, и потомки тех людей, которых она некогда спасла, теперь процветают в Ли Юэ.
Что касается золотоглазой смертной сущности, в которой была заключена человеческая душа Цзы Бай, она всё ещё жила в бамбуковой роще. Отыскавший её Моракс предложил девушке сделку: Путешественник покажет ей современный Ли Юэ, и если после этого она захочет, отдаст осколок души Цзы Бай и поспособствует её воскрешению.
Прогуливаясь по Ли Юэ, Цзы Цяо наблюдала, как носильщики несли ящики на плечах, уличные торговцы толкали тележки, а привязанные к ним воздушные змеи и фонарики издавали едва различимый шорох. Она видела, как повара готовили еду, артисты рассказывали свои истории, поэты декламировали стихи, солдаты патрулировали улицы, дети играли, старики отдыхали, чиновники выполняли свои обязанности, а простые люди погружались в нехитрые развлечения.
Некоторые нашли своё призвание, другие продолжали тревожиться о будущем. В этом спокойном и безмятежном порядке все с нетерпением ждали наступления праздника и рассвета нового дня. То, чего она некогда жаждала увидеть в царстве Лан-Гань, предстало перед ней спустя тысячи лет в гавани Ли Юэ.
«Поистине… неописуемо прекрасен мир людей», — сказала Цзы Бай, ангел, всё ещё любившая человечество. Она согласилась отдать Путешественнику человеческую душу Цзы Бай.
На празднике Морских фонарей, когда весь Ли Юэ молился Белой Лошади и запускал фонари, один из них Моракс наполнил осколками души Цзы Бай и направил в небо.
Так некогда разбитой на части душе удалось восстановиться, и наказание Цзы Бай завершилось.
Однако вернувшаяся в мир Цзы Бай была уже не той, что прежде. После соединения осколков её сознание пребывает в хаосе и всё ещё не восстановилось. Возможно, пройдут годы, прежде чем Цзы Бай вновь сможет полностью обрести контроль над разумом.
Хоть это и не совсем удобно, она всё же пытается жить полной жизнью. После возвращения она начала путешествовать по Ли Юэ — знакомому, но одновременно и новому.
Каждый раз, когда она видела потрясающие пейзажи, она вышивала эти величественные ландшафты на шёлке с помощью силы Адептов. Со временем горы и реки на полотне растянулись на тысячи миль, величественные и ослепительные.
В минуты покоя Цзы Бай любила доставать шёлковую картину и любоваться ею. Чем дольше смотрела, тем ярче сияло её лицо от радости и гордости — гордости за людей, которые не сдались, даже потеряв её, свою посланницу, и смогли построить ещё более процветающую цивилизацию.
А ведь если бы не жертва и отвага Цзы Бай, возможно, этой страны даже не существовало бы.
